vulvolf (vulvolf) wrote,
vulvolf
vulvolf

Categories:

....Это нашей истории строки.

               Конец 70х годов. Приморский край. Я в курсант ШМАС в г. Уссурийск. Учебка находилась на территории авиационного полка, соответственно общая столовая, туалет типа сельский толчок, клуб, ну и пара- тройка помещений казарм а так же двухэтажное здание штаба. Казармы у нас были исторические, бывшие конюшни какого-то купца, здания красного кирпича, с огромными окнами и деревянным полом, который мы курсанты переодичесчки скоблили обломком стекла и ежедневно натирали мастикой.
          Но речь не об этом. Так вот летом в приморских воинских частях откуда не возьмись  завелась неприятная и вонючая зараза. Это когда быстро бегаешь и резко приседаешь. Зараза эта потихоньку стала подгрызать боеспособность и нашей части. Город Уссурийск был славен своей гарнизонной больницей, как  кстати и губой на которой мне правда побывать не пришлось, даже в качестве караула, но по рассказам сослуживцев место было эпическое и славное своими оригинальными традициями.
           Первых пациентов госпиталь принял душевно, лекарства, диетическое питание, молоденькие медсёстры, счасливчики попавшие в авнгард дизентерийщиков по возвращению вспоминали с  нежностью. Но всё хорошее чаще всего бывает в малых количествах и недолго. Эпидемия набирала силу. И госпитальный городок уже был не в силах вместить всех страждущих со всех концов приморской земли. Очень хорошо, что этот неприятный казус случился летом, у госпиталя на случай видимо таких форс-мажорных обстоятельств имелся филиал в окрестностях города. За дощатым забором располагалось несколько огромных сараев, одно двухэтажное здание больницы и столовая в виде такого же сарая. Да, и сортир соответственно того же типа "толчок", но уже промышленного масштаба.
           Силы наши таяли и уже через короткое время личного состава осталось лишь для несения караульной службы и кухонного наряда. Меня судьба пока миловала, симптомов резких приседаний не наблюдалось, но к фельдшеру Карлову идти пришлось. Анализ на "посев" он брал превентивно у всех. Карлов был наш, курсант с купленным дипломом фельдшера. Лечение его заключалось в выдаче страждущим таблеток парацитомола от многих болезней, замерой температуры и взятия грубинных проб из недр солдатского пищеварительного тракта. Орудие проникновения из себя представляло скрученную в два витка длинную проволоку. Проникал он этим прибором до самых подмышек. И вот в очередной визит к эскулапу принёс мне неприятную весть. Болезнь молодой и крепкий организм солдата забороть не смогла, но как оказалось стал я носителем зловредной бациллы.  И так как в первую волну счасливчиков я не попал, путь мой лежал в загородный карантинный "санаторий"
           Привезли нас в лагерь на окраине какого-то пригородного посёлка к вечеру. Принимающий санитар записал данные, взял ещё раз пробу, выдал больничную амуницию в виде солдатского нижнего белья летнего обмундирования, т. е. кальсонная пара из  белой бязи с завязочками на щиколотках, поясе и груди,  и тапки а-ля прощай молодость. Затем нас отвели в один из сараев оснащённых четырёхэтажными нарами и столом посередине. Сарай гудел как улей. Думаю пациентов в нём было не меньше двухсот. Естественно места нам как и всем "духам" достались именно на четвёртом этаже. Что как потом оказалось вполне неплохим вариантом. Вечерами можно было наблюдать за вылетом  из чердачных перекрытий, летучих мышей на ночную охоту, оголтелые отбезделья  "деды" не всегда могли заметить зашхерившегося в уголке "духа", а лезть на верхотуру уважающий себя "дед" не мог. Можно конечно послать туда "фазана", но этот субъект как правило был наполнен преддедовской ленцой и приказы выполнял спустя рукава.
          Первое моё знокомство с обычаями этого славного коллектива началось с того что расспросили о моём происхождении на предмет землячества, о сроке службы на предмет определения в иерархической лестнице. А так же поступило незамедлительное предложение переместится со спичечным коробком в толчок для набора свежеприбывшего инфекционного материала для страждущего продлить срок пребывания в этих санитарных райских кущах, дедушке готовящемуся к выписке. Сроки карантина как правило длились 2-3 недели, пациент или выздоравливал, или... Да нет, умирать конечно тут не давали, но продлить пребывание некоторым ловкачам на таком шикарном курорте при достаточно бестолковой суете и бардаке, удавалось.
          Заявление моё о том что присутствие заразы в моём организме хоть и наличествует, но варианты скорой и однозначной отдачи не гарантирует. С чем и был отпущен, благо конкурсантов на подобное действо прибыло с избытком.  Надо было провести регонсценировку на местности. Столовая, корпус с врачами куда переодически могли вызвать, туалет. Проще всего было найти его. По мощному амбре и по дрисливым дорожкам ведущих из разных мест. Болезнь протекала агрессивно и не все успевали добежать. А кое-кто  не успевал и кальсоны сдёрнуть. Поэтому стояшая рядом мойка всегда была занята стирающими страдальцами.Стоит такой бедолага, стирает подштаники сверкая бледными ягодицами, да вдруг подорвётся, и бегом на очко, 
           Попал я вполне удачно. В виду того что резким движениям в сторону горшка я был не привержен, определили меня в несменяемый кухонный наряд. Место оказалось удачным. Во-первых исполнялась главная заповедь солдата. Поближе к кухне, подальше от начальства. а в данном случае от охреневших от безделья и хорошего харча "дедов". Да и немудрённая работа в помывке посуды хоть как-то съедала время.
           Утро начиналось с раздачи лекарств. Приходил санитар, вываливал на стол кучу каких-то таблеток. Кто хотел брал себе сколько желал, но многие такой услугой пренебрегали. И поспать хочется, да и ускорять процесс выздоровления с последующей выпиской энтузиазма не вызывало. Затем  завтрак и продолжение расслабухи. Можно было продлить сон, можно позагорать на летнем солнышке, или  бродить между дощатыми корпусами в поисках знакомых и земляков. Этими поисками можно было заниматься долго. Контингент состоял из всех родов войск и мест расположения со всего Приморского края.  Помню попал в поносную эту компанию и одинокий курсант военного училища. Называли его кадет, приходилось ему несладко. Потретировать будущего офицера очень заманчиво. Так что школу жизни будущий офицер получил незабываемую. Потом его правда перевели в основной корпус, к более статусным пациентам, от греха подальше. А грех порой возникал. Одному наиболее "оху..шему" духу проломили башку трубой и он тихо умирал на лесничной площадке главного корпуса. Главным развлечением дедушек было придумывать для презренных духов всевозможные "развлечения" Практиковалось хоровое пение для услады старослужащих. Любимая песня, "В траве сидел кузнечик..-." вызывало параксизм довольства особенно на словах  -"...зелёненький он был!".  В дедовском углу кто-то наиболее музыкальный тянул душевную песенку про "Папа, подари мне куклу" Солиста я не видел, но песня пользовалась неизменным успехом и звучала ежевечерне. Ну и прочие развлечения возникающие в изобретательном мозгу одуревающих от безделья дедов, скрашивали вечера. Кто-то умудрялся вечерними сумерками выбраться за забор и там, белея исподними "пижамами" прогуливать барышень из близлежащего посёлка. Ещё практиковалась бытовая процедура, отловить духа и зарядить его на стирку обосранныхных дедушкиных кальсон. В какой-то момент эта участь засветила и передо мной. Угрюмый дед откопал меня на верхнем ярусе и молча кинул исподнее. Оставалось одно, так же молча кинуть тряпьё ему обратно и быстренько свалить на место работы, в столовую. Где я и досыпал уже остаток срока на столе. Не знаю, искал ли он меня, что бы покарать, но вряд  запомнил в полутьме. Да и в его глазах отличия между нами было немного. Лысое ушастое существо в засмоктонном исподнем.
          Работа в столовой была хоть и нелёгкой, но вполне комфортной. Во-первых жратва на фоне учебки была обильной и деликатесной. Видимо при дизентерии это было необходимой диетой. Еду привозили с тётками -поварами уже готовой. Наваристый борщ, второе с обилием мяса, насыщенный компот. Вечноголодному курсанту и желать больше нечего. Задача наша состояла в том, что бы расставить перед приёмом пищи на столах тарелки с хлебом и сахаром, помыть посуду и убрать "зал". Итак три раза в день. За эти труды мы могли жрать все эти деликатесы от пуза. Ну и после инциндента с дедушкиными кольсонами я мог там ночевать. Благо погоды стояли прекрасные и спать на дощатом столе солдату было мягко и тепло.
          Всё это я к чему. На фоне нынешнего карантинного безумия вдруг что-то вспомнилась единственная в моей прежней жизни пережитая эпидемия. Выглядело это вполне весело.  А параллельно в войсках оказывается шла ещё и эпидемия желтухи. Тем кто в неё попал "повезло" больше. Всем переболевшим давали отпуск на родину в сорок дней. Видимо для укрепления организма. Страшно представить как понижена была боеспособность армий находящихся в приграничных районах с тогда недружественным Китаем. Но всё обошлось и страна даже не вздрогнула.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments